Category: музыка

Vechek

Архив разрозненных плёнок и отдельных кадров

Начинаю публиковать архив плёнок и отдельных негативов/позитивов нашей семьи. Он достаточно обширный. Места — в основном Одесса, Смоленск, Москва, Ленинград, Атлантика (папа ходил в рейсы на судах погоды в точку Чарли), далее — везде. Самые ранние кадры — с конца 40-х годов, но пока разгребаю 50-е. Что попадётся — ещё не знаю. Вот как выглядит этот архив (здесь не весь):



Снимал в основном мой папа, Казаков Владимир Михайлович (1923-2001) и иногда мама, Турбаевская Нонна Кирилловна (род. 1932 году). Разумеется, там и мои плёнки, и сестры Оксаны Турбаевской. Публикую с тем, чтобы случайно или не очень случайно забредший сюда люд либо уточнил и подправил место и год, либо указал персонажей. Там, где известно — мама консультирует! — пишу имена-фамилии-родство и примерные места. Отдельные высокохудожественные и исторически значимые кадры размещаю в Википедии или ещё куда ни попадя.

До встреч!

Vechek

Ненаписанная статья о Михаиле Плетнёве



Много лет дружил с одной светской дамой, которая на протяжении почти всей своей жизни, за исключением нескольких последних лет, вела авторские передачи о музыке. Познакомили меня с ней наши давние друзья-искусствоведы в 1994 году. В тот год руководитель крупного московского салона музыкальных инструментов предложил мне создать "с нуля" журнал "Аккорд", одноимённый его детищу, за что я неожиданно для себя ухватился. Мне, до того участвовавшему в создании первых частных информационных сетей, было интересно попробовать себя в издательском деле, знакомом лишь со стороны. Это предложение совпало с конкурсом имени П. И. Чайковского. Предлог попасть на конкурс был надёжным - необходимо было обеспечить журнал интересными материалами, поэтому знакомство с Фаридой Фахми оказалось как нельзя кстати.

Впечатление она производила на всех сильное и мгновенное - восточная красота сочеталась с изысканными манерами и характерным тембром голоса, которым она владела виртуозно. Вне эфира, в жизни она могла не произносить ни слова - властные и убедительные интонации продолжались в её жестах. Встретившись у консерватории, мы вошли в двери служебного входа и стали медленно подниматься на третий этаж. На пролётах лестницы стояли и перешёптывались молодые люди, многие с ней здоровались, но Фарида была сосредоточена на своём и всем отвечала одинаковым лёгким кивком. Ещё внизу ей сказали, что руководство отказалось выдавать всем пишущим о музыке служебные пропуска, а билеты давно кончились. Лаконичным жестом Фарида показала мне, чтобы я её ждал, а сама решительно вошла в директорский кабинет. Дверь захлопнулась, и по оживлению среди молодёжи мне стало понятно - её не только хорошо знают, но и ждут действий. Кто-то тихо, но отчётливо произнёс: "Сейчас она ему даст..." - и все притихли. Прошло минут пятнадцать. Из-за огромной дубовой двери иногда долетал её голос, но о чём шла речь - можно только догадываться. Выйдя, она, обращаясь ко мне, очень спокойно и буднично произнесла: "Всё нормально". Это услышали и стали радостно переглядываться. Заступничество Фариды касалось всех, а нам на выбранные ею выступления конкурсантов предоставлялась исключительно гостевая ложа... Чуть позже, когда параллельно моей издательской деятельности мы проводили эксперимент с кодированием речи в шумах и коллега попросил меня произнести фразу для её последующей обработки динамическим ансамблем фазовых спектров, я без малейшей задержки произнёс знаменательные для меня слова: "На конкурсе Чайковского мне больше всех понравился пианист Гиндин..." Если бы не ограничение длительности фразы шестнадцатью секундами, я бы ещё добавил "...и Фарида".


Её владение интонациями и жестами было исключительно убедительным даже в самых сложных ситуациях. Однажды я понял, как женщина в восточных традициях способна одним жестом, одним взмахом платка остановить буйство толпы. Это случилось уже в следующем, 1995 году. Директором и художественным руководителем Большого театра только что был назначен Владимир Васильев, друг и давний поклонник Фариды. На открытие сезона - балет "Спартак" - мы поехали на моей старенькой машине. Припарковавшись у служебного входа, я было поспешил открыть дверцу Фариды, как от дверей к нам быстрым шагом, с абсолютно безукоризненной старорежимной офицерской выправкой и учтивостью, но без подобострастия подошёл капитан милиции, открыл дверцу так, будто это была не серая "Волга", а как минимум "Кадиллак", - и протянул Фариде руку. Зеваки останавливались - со стороны было впечатление, что снимается кино... Мы вошли в фойе. Здесь было много народу - все ждали аудиенции с новым директором, но при виде смуглой арабской женщины в белом платье в крупный чёрный горошек, опоясанной чёрным ремешком и, самое главное, в огромной белой широкополой шляпе с чёрной лентой и ниспадающей вуалью, - все невольно расступились. Сопровождавший капитан милиции — видимо, это всё-таки был не актёр, а начальник охраны театра — открыл дверь кабинета, Фарида вошла — Васильев ждал её у входа. Сначала поцелуи, потом громкие поздравления с назначением — и дверь захлопнулась. Все молча, безропотно ждали — быть случайным свидетелем мизансцены из жизни аристократов того стоило. Минут через десять Фарида вышла из кабинета, на ходу поправляя шляпу, и нас повели на бельэтаж второго этажа, слева от сцены. Объяснила, что это её постоянное и излюбленное место. Действительно — сцена была вся как на ладони, акустика — исключительная. Фарида придвинула бархатное кресло к самому краю, я сел позади. Весь спектакль она держалась прямо, не облокачиваясь на спинку кресла и не снимая шляпы... И вот "Спартак" закончился. Артисты вышли на поклоны. Зал рукоплескал. Занавес опустился, и в тот момент, когда артисты ещё не покинули сцены, а зрители не разошлась, небольшая группа молодых людей с ярко выраженной балетной осанкой стала громко скандировать: "Григоровичу - слава, Григоровичу - слава..." Шумиха вокруг смены художественного руководителя Большого была известна публике, но к открытию сезона почти стихла. Группа поддержки напомнила о ней громко и вызывающе. В оцепенении никто не двигался, были слышны лишь их выкрики. Я подумал - ещё мгновение, и начнётся грандиозный скандал... В этой зловещей тишине Фарида неожиданно резко поднялась со своего кресла, фыркнула, придерживая шляпу круто повернулась на каблуках и решительно направилась к выходу бельэтажа. Все, в том числе и те самые молодые люди смотрели в нашу сторону, вслед ушедшей Фариды, а потом молча, без обычного послеспектакльного шума стали выходить из зала. Даже я опешил от произошедшего и еле догнал её на лестнице. Скандал был сорван.

Судьба Фариды была отнюдь не безоблачной. Мать — простая русская женщина, вышла замуж за араба, приехавшего из Саудовской Аравии помогать делать мировую революцию. В годы сталинских репрессий вся семья Фариды оказалась в лагерях ГУЛАГа. Выжили, но семья распалась. Окончила центральную музыкальную школу и консерваторию по классу фортепьяно. На выпускном концерте Фарида и будущий главный дирижёр Лондонского филармонического оркестра Владимир Ашкенази аккомпанировали друг другу. Но как талантливая пианистка Фарида попала на радио — я не знаю. Последним местом работы Фариды Фахми стало Радио-1. Однажды она пригласила меня на концерт в Дом звукозаписи, что на Малой Никитской. Вела его своим "фирменным" голосом, который я впервые услышал на радиостанции "Юность". Да, я помнил её голос с самого детства. Многих ныне знаменитых, а тогда никому не известных "юных дарований" Фарида приглашала на свою музыкальную всесоюзную передачу. Рассказывая мне об этом, она особенно радовалась, что первой "вывела в эфир" Александра Градского, после которого он "проснулся великим". Услышав от меня слова восхищения в адрес маэстро и то, что именно этот эфир я слышал и до сих пор помню, Фарида ринулась к телефону и стала было набирать его номер со словами: "Я тебя сейчас с ним познакомлю!.." Но я остановил её, смутившись и на секунду представив, что моё мнение, даже самое искреннее, ничего не добавит его самооценке - гениальный человек самодостаточен, - и попросил Фариду отложить наше знакомство. Теперь, когда Фарида ушла, об этом, конечно, жалею. А на той эфирной записи четвёртой симфонии Малера с комментариями для радиослушателей невольно подумалось, что её голос интонационно или даже просодически - по интонации, паузе, ударению - иногда звучал богаче целого оркестра...

Детей у Фариды не было, а наследники не обременяли себя частыми наездами. Мне и её родственнице, Лене Кабатовой, приходилось ухаживать за ней последние годы жизни. Наши поездки ко всяким научным и околонаучным светилам ни к чему не привели - меланома усугублялась не вполне удачной операцией в онкоцентре, поэтому умирала она мучительно.

Collapse )Спасибо всем за поддержку и рад сообщить то, что многие под улюлюкание средств массового изумления и по известным причинам не хотели слышать своими натруженными ушами, ибо полагаю, что "Зависть тайнаялетальная, Как сказали бы врачи..." (А. Галич) всегда довлеет над тем местом, где должен находиться мозг. Вот это сообщение:

Дело российского пианиcта и дирижера М.Плетнева закрыто

Дело российского пианиcта и дирижера М.Плетнева закрыто
Прокуратура Таиланда закрыла дело в отношении российского пианиста Михаила Плетнева, которому ранее тайскими властями было предъявлено обвинение в педофилии.
Информацию об этом распространила британская газета The Guardian со ссылкой на заявление Российского национального оркестра (РНО), подтвердившего снятие с музыканта обвинений.
Ранее местная полиция обвинила М.Плетнева в растлении нескольких мальчиков.
Однако позже тайские власти вскрыли сеть сутенеров, привлекавших для оказания сексуальных услуг несовершеннолетних. Официальным прикрытием для злоумышленников служили несколько интернет-кафе. Одним из владельцев заведений являлся гражданин Таиланда Тайпхоп Бунпхасонг.

Именно он дал показания в отношении М.Плетнева. В то же время сам дирижер заявлял, что Т.Бунпхасонг, присматривавший за домом музыканта в Паттайе, вполне мог пользоваться интернет-ресурсами музыканта, не поставив последнего в известность.